Below are the 20 most recent journal entries recorded in Сергей Белановский's LiveJournal:

[ << Previous 20 ]

Monday, February 1st, 2010
10:57 am	Закон о торговле В.Новиков продолжает публиковать свои соображения и соображения Д.Райта по поводу закона о торговле. Последний раз здесь http://v-novikov.livejournal.com/525661.html Сами аргументы мне кажутся убедительными и Райт - известный маркетолог, работы которгого я высоко ценю. Единственное, на что я хочу обратить внимание - это на некоторые российские реалии, которые могут (я не утверждаю этого наверняка) повлиять на анализ и выводы. Эти дополнительные вводные я сформулирую теоретически, без ссылки, к примеру, на Москву. Вопрос о том, насколько дополнительные вводные похожи на реальную ситуацию в Москве, я оставляю за рамками обсуждения. Итак, дополнительные вводные. 1. В городе существует дефицит торговых площадей, как физический, так и структурный. Под стуруктурным понимаются такие факторы, как величина помещения или здания, его тип, местоположение, транспортная и пешеходная доступность. 2. Создание новых площадей крайне затруднено, как в абсолютном смысле, так и, в особенности, структурном. Как следствие, ситуация улучшается, но крайне медленно. 3. Транспортная ситуация в городе близка к коллпасу, что затрудняет переток покупателей из одного магазина в другой и тем  самым ослабляет конкуренцию. Все это усиливает элементы монополии для действующих торговых предприятий. Меняет ли это выводы анализа Райта? Мне кажется, что может менять, но сразу сказать трудно, этот вопрос надо исследовать. Другое дело, что первоисточником проблемы является не ценовая политика сетей, а градостроительная политика властей. Поэтому мой пост не является словом в защиту закона о торговле. Возможно, он вообще являеться не глупостью, а пиаровским прикрытием для городских и региональных властей. Наверное, этот вопрос тоже можно исследовать. (2 Comments |Comment on this)
Monday, January 11th, 2010
11:12 pm	О плагиате 3 (про Китай) Как извсетно, Китай сейчас ворует технологии по всему миру, и на этом строит свое экономическое, технологическое и военное развитие. Причем, постепенно (это явление было и в СССР), занимаясь плагиатом, китайцы повышают свою квалификацию и постепенно становятся способными создавать собственные технологические и научные разработки. Я понимаю, что в этом вопросе точки зрения тоже разнятся, но у меня в архиве есть интервью, в котором россйикий физик, уже много лет постоянно работающий в Германии, говорит, что Китай скоро удивит мир, как научная держава. Думаю, что среди китайских ученых и инженеров есть и будет много плагиаторов, но правительство Китая не только не осуждает их, но и поощряет. Думаю, что оно рассматривает их как зачатки собственных инженерных и научных школ. Может быть, кто- то скажет, что со стороны Китая заниматься плагиатом нехорошо? Возможно. Но китайский Васька слушает, да ест. И на Моськин лай не обращает внимания. (7 Comments |Comment on this)
10:56 pm	О плагиате 2 В продолжение темы я хочу высказать спорную мысль, принадлежащую не мне, а человеку, который довольно долго проработал в советском ВПК и даже разработал ракетную систему, предназначенную для защиты военных кораблей от воздушного нападения. В перестроечные годы он бросил прежние занятия и стал довольно крупным предпринимателем. Мы с ним как-то заговорили о соотношении самостоятельного изобретения и плагиата в той области ВПК, в которой он работал. Ответ был очень интересен, и я пострараюсь воспроизвсети его с максимальной точностью. У руководителей соответстсвующих проектов была значительная свобода в выборе пути: делать ставку на собственные разработки или на добываемый с помощью разведки плагиат. По первому пути часто шли люди, обладавшие незаурядными способностями, без всяких кавычек. С точки зрения научной оригинальности они зачастую были выше тех, кто шел по пути плагиата. Но реально до стадии военной приемки и запуска в серию обычно доходили те, кто делал ставку на шпионский плагиат. Системы, созаваемые собственными силами, были ненадежны, и их зачастую не удавалось доводить до внедрения в разумные сроки. Здесь, кстати, мой собеседник вспомнил ЦИолковского, который предложил идею реактивного двигателя, но ничего конкретного не сконструировал, и был, по мнению рассказчика, совершенно сумасшедшим. А настоящую баллистическую ракету сделали немцы. Сказанное можно дополнить тем, что говорил В.Корсетов в интервью про завод Ангстрем, опубликованном на моем личном сайте.  Цитиую по памяти, но желающие могут найти точную цитату. Суть дела, по Корсетову, состояла в том, что российское оборудование, с которым он имел дело, отличалось крайне низкой надежностью и все время саморазлаживалоь. Создатели этого оборудования - так говорил Корсетов - напоминали маленького кудесника: в их экспериментальных цехах все работало отлично, но стоило перенести установку в заводской цех, как она тут же требовало ремонта и постоянного ручного контроля. Для этого держали целый штат ремонтников, но полность ликвидировать нарушения не удавалось, поэтому гнали брак (его доля в разы превышала западные аналоги). Мне кажется, что эта ситуация очень напоминает ситуацию с ракетой Булава, которую уже несколько лет пытаются успешно запустить. ПРичем в СМИ промелькнуло интересное сообщение, что причина отказа при пуске ракеты каждый раз оказывается разной, поэтому не удается сосредоточиться на каком-то конкретном узле и довести его до ума. Для справедливости я должен сказать, что слышал и другие мнения о соотношения плагиата и отечественных разработок, мнение о том, что отечественные разработки превалировали. Своего мнения я не имею, я не знаток. Наверное, оба явления присутствовали в определенных пропорциях, но в каких именно - это вопрос. Но вернемся к исходной теме. Возьмем для примера двух ракетчиков, один из которых пошел по пути плагиата и довел изделия до серийного завода, а второй использовал оригинальную разработку, но до серийного завода ее не довел. Кто из низ быстрее получал ученые степени? Думаю, что вопрос ясен и, возможно, даже справедлив. И еще думаю, то тот, кто занимался плагиатом, на самом деле решал не менее сложные научные и инженерные задачи, чем тот, кто шел собственным путем. Так или иначе, как поступал ВАК? Ясно, что присуждал ученые степени и в тех случаях, когда в основе разработок были западные аналоги. Посмотрел бы я на того члена ВАКа, который занял бы иную позицию. К чему я это пишу? К тому, что позиция ВАКа всегда была конънктурной. Когда надо было, прятали аргумент о плагиате, но если кто-то не угодил - вытаскивали на свет Божий. Мысль не закончена, но пока я ее обрываю (17 Comments |Comment on this)
7:17 pm	О плагиате 1 Поскольку тема плагиата стала топовой в связи с рецензией Сонина на Некипелова, мне хотелось бы копнуть этот вопрос подробно, в частности, для того, чтобы действия по команде "Фас!" были более обдуманными и менее экстремистскими (хотя я ни в коем случае не отрицаю, что такая команда может быть обоснованной). Начну издалека. Как известно, в 1945 году над Хиросимой была взорвана атомная бомба. Думаю, что Сталин испугался, и думаю, что обснованно. По данным разведки Сталин знал об америкаснком атомном проекте и поствил задачу в кратчайшие сроки создать собственную аналогичную бомбу. Для исполения этого замысла он сделал две вещи: собрал лучших в стране физиков и активизировал разведывательную деятельность. Как известно, на советском атомном проекте кандидатами и докторами наук стали тысячи, если не десятки тысяч ученых. Многие из них стали академиками. Между тем, с точки зрения критериев ВАКа, их деятельность была чистым плагиатом. Не самый доказательный, но самый нагладный факт состоит в том, что первая советская атомная бомба была точной копией американской. Плагиат чистейшей воды. Кстати, точно такая же ситуация возникла с советскими ракетчиками: первая советская баллистическая ракета была точной копией немецкой Фау-2. Правильно ли были присуждены этим людям ученые степени, если они всего лишь скопировали чужие изобретения? Я считаю, что если отвечься от политических оценок, то да. По двум причинам. Во-первых, в тот период в США было немало ястребов, считавших, что своетский режим несет в себе угрозу не меньшую, чем гитлеровский, и поэтому его надо уничтожить, как уничтожили Гитлера. Эта точка эрения не возобладала, но обсуждалась весьма серьезно. И в СССР об этом знали. Назовем эту ситуацию так: плагиат, жизненно важный для страны. Второй аргумент состоит в следующем. Тот, кто считает, что за атомный плагиат не следовало давать ученые степени, пусть сам попробует воспроизвести какое-нибуть не очень сложное техническое устройство. В ранней молодости я работал в "почтовом ящике", и к нам туда привезли украденный с американского конвейера снаряд (без взрывчатки), предложив сделать точную копию. При мне этот результат так и не был достигнут. Позднее я уволился и не знаю, чем закончилась эта история. Вывод простой: украсть идею технически сложного устройства, да еще работающего на новых физических принципах, которые тогда были ясны далеко не полностью, очень не просто. Любой физик подтвердит, что это была сложнейшая и творческая задача. Это был плагиат? Да. Ученые правильно получили свои ученые и академически степени? Я считаю, что да. Повторяю, что я отвлекаюсь здесь от политических и моральных оценок. (18 Comments |Comment on this)
Sunday, January 10th, 2010
9:20 pm	Про Ивана Грозного Оченивая деятельность Ивана Грозного, Ключевский отмечает в его действиях одну фундаментальную ошибку (возможно, не единственную, но важную для нашего обсуждения). По Ключевскому, Грозному следовало преобразовать или ликвидировать институт боярства, но вместо этого он занялся преследованием отдельных бояр (точно, как с Ходорковским - ошибки повторяются). Я это к тому, что избирательное правосудие, равно как и избирательная справедливось не решают проблем в соответствующих областях. К тому же здесь возможны ошибки, и в результате несправдливости станет только больше. (33 Comments |Comment on this)
2:18 pm	Об избирательной справедливости Судя по блогам, дискуссия по поводу книги академика Некипелова продолжается. И вот здесь http://ksonin.livejournal.com/tag/%D0%BA%D0%BE%D1%80%D1%87%D0%B5%D0%B2%D0%B0%D1%82%D0%B5%D0%BB%D1%8C   (15:24 Декабрь, 23, 2009) я нашел фразу автора нашумевшей рецензии К .Сонина о том, что данную рецензию он написал по просьбе газеты "Трицкий вариант". Значит, решение о публикации подобной рецензии было принято руководством этой газеты, а не самим автором рецензии. При этом мотивы лиц, принывших это решение, остаются неизвестными. Точно так же и мотивы лиц, отклонивших мое инициативное предложение принять участие (например,публиковать рецензии) в организации публичного обсуждения учебников Добреньков-Кравченко и Марины Власовой. Оба эти учебника посвящны методам социологического иследования и оба, на мой взгляд (разумеется, мотивированный) не могут выполнять своих учебных фукнкций. При это я вовсе не требовал, чтобы редакция ТрВ или любые иные лица соглашались с моими доводами. Я предлагал устроить открытую дискуссию без заранее предопределенного результата. В связи с этим возникает вопрос: как в ТрВ принимаются решения о "корчевании" тех или иных учебников, публикаций, изданий? Конечно, редакция ТрВ может заявитЬ, что плохих учебников настолько много, что начать можно с любого. Но процесс отбора должен быть как-то организован и прозрачен. Можно вообще объявить амбициозную программу проверки качества росийских учебников, опубликоватьсписок первой десятки, полученный с помощью генератора случайных чисел, и разобраться с ними. При таком подходе часть учебников окажется плохими, честь хорошими и т.д. В результате ТрВ сможет (теоретически) стать общественным органом экспертизы, с которым авторам придется считаться. Правда, мое предложекние может оказаться техничекски сложным, но какое-то приемлемое решение, как мне кажектся,  все можно найти. Кончно, можно сказать, что независимо от мотивив плохой учебник (если он действительно плохой) был выявлен и публично раскритиован. Но все-таки мне не нравится ситуация, когда публичная критика той или иной работы осуществляется только по команде "Фас!, отаваемой некой скрытой от глаз инстанцией. Ведь при такой ситеме "под раздачу" может попасть и хорошая работа, если так солжится баланс интересов.   Еще хочу отметить, что труды К.Сонина в блохах активно критикуются мнгоми либертариануами. О сути этих споров я говорить не буду. Констатирую факт, что труды самого тоже Сонина подвергаются довольно жесткой критике, обоснованность которой было бы целесообразно оценить (никоим образом не предрешая результата этой оценки). Но я сомневаюсь, что ТрВ на это пойдет. Что же остается в результате? Сливной бачок, в который стохастически попадают работы, как достойные жесткой критики, так и, возможно, ее недостойные? Я соглаен, и много раз об писал, что в доступной мне зоне наблюбдения пишется очень большое число несотсоятельных дисертаций, учебников и т.п. Ситуация тяжелейшая, даже неясно, как с ней справляться. Но я уверен, что такая работа должна вестись системно, а не выборочно, как сейчас, на основе скрытых от широкой общественноти (и даже, возможно, от автора соответствующей рецензии) мотивов и интересов. Иначе получится очередная мафиозная структура. Хотя, конечно, пусть. Одной больше, одной меньше. Не все ли равно... Пожалй, во всей это истории мне больше всего не нравится не само обсуждение, а пионерский задор некоторых его участников, которые сами признают, что в  сути дела они не разбираются. Но в долгосрочном плане это прогрышная тактика, поскольку с каждым циклом алгоритм "наезда" становится все более оревидным. Возникает своего рода узнаваемый бренд: "А,  это тот самый (или та самая), которую специльно и держат, чтобы она искренне выполняла комаду "Фас!". Осмелюсь дать совет: нужно вовремя осознать эту поблему и переключиться на что-то более содержательное. Предыдущее по теме с моим участием: http://belan.livejournal.com/85104.html?mode=reply http://nataly-demina.livejournal.com/634838.html (24 Comments |Comment on this)
Friday, January 8th, 2010
8:33 pm	О двух видах справедливости Справедливость бывает основана на принципах, которых человек придерживатеся и ... трудно подобрать подходящий антоним. Пионерско-комсомольская, что ли. Последняя заключается в том, что носитель такой справедливости не имеет своей позиции по существу обсуждаемого вопроса, но готов искренне выполнить команду "Фас!". Причем иногда выполнение этой команды может и вправду быть справедливым, иногда нет, это уж как получится. Сейчас в блогах активно обсуждается ситуация с академиком Некипеловым. Пусть простят мне мое невежество, но я фамилию  этого академика слышу вперые. И по существу спора высказаться не могу. Может быть, он заслужил, чтобы в отношении него была дана команда "Фас!", не знаю. Важно другое. В российской научной экспертизе, как и в российском суде господствует принцип избирательной справедливости. Причем этот принцип используют и структуры, которые изначально создвались вроде бы для того, чтобы отстаивать подлинную справедливость. В очередной раз это выявилось здесь http://nataly-demina.livejournal.com/634838.html. Я пришел в этот блог по чьей-то наводке и зацепился за фразу автора о том, что принцип честного научного рецензирования в россйской науке разрушен. Согласен полностью, я и сам неоднократно об этом писал. Но консенсуса с автором блога, к сожалению, не получилось. Вот ключевая фраза моего оппонента по сути обсуждаемого вопроса: Я не могу судить об учебнике Власовой как эксперт, но с человеческой стороны я не могу поддержать Ваши претензии в ее адрес. (Вообще-то следовало бы писать "в его адрес", поскольку я выдвигал претензии в адрес учебника, а не самой Власовой. Пояснение мое - С.Б.). Что можно сказать по поводу высказанной nataly-demina принципиальной позиции? Только то, что до тех пор, пока учебники и научные работы будут оцениваться в России не по профессиональным, а по "человеческим" и иным критериям, честного научного рецензирования не будет. По поводу моего обращения в ТрВ поясняю, с моей стороны это было не стремление сделать что-то чужими руками, а просто тест. Результаты этого теста я трактую, как отрицатекльные (но ни в коем  случае не в упрек человеку, через которого я передал это предложение). (Comment on this)
Wednesday, January 6th, 2010
2:46 pm	Краткий концептуальный ответ Этот короткий текст я перовначально написал, как ответ vvagr в предудущем посте, но поскольку он получился концептуальным, я выношу его в отдельный пост. Если я правильно понял позицию Ротбарда, он исходит из аксиоматической посылки, что правомерными, т.е. защищаемыми в суде, являются только трансакции, основнные на передаче титулов собственности. С моей точки зрения, исходя из этой посылки ему не удалось построить непротиворечивую правовую конструкцию. Позднее я собираюсь раскрыть эту тему подробно, но сейчас, приношу извинения, у меня нет на это времени (хоть и праздники, но сижу на работе). Ротбард противопоставляет свою позицию некой "теории контракта". Поскольку он не приводит имен сторонников этой теории, я понимаю его так, что он спорит с некими вымышленными оппонентами. С риторической точки зрения это прием правомерный, за это я его не критикую. Но если выбирать между концепцией титулов собственности и "теорией контракта", то я однозначно выбираю вторую, поскольку она мне кажется более логичной. Суть "теории контракта",  как по моему представлению, так и по тому, как я понял ее трактовку у Ротбарда, одна - правомерность и защита в суде ЛЮБЫХ сделок. Я написал, что являюсь сторонником теории контракта в том смысле, что выбирая из двух что-то одно, я выберу ее. Но на практике теория контракта приводит к довольно жестоким выводам, поэтому я считаю, что эту теорию следует чем-то смягчить или уравновесить. Мне кажется, что это можно сделать путем введения в концепцию так называемых витальных прав - права на жизнь, свободу, охрану чести и достоинства. Об этом я уже писал ранее. Витальные права, по моему мнению, должны находиться в оппозиции правам собственности, снимая как противоречия теории титулов собственности, так и чрезмерную жестокость теории контрактов. Причем, мне кажется, что такая корректировка не противоречит основным идеям свободы, если уж ставить во главу угла именно эту философскую ценность. С другой стороны, такая коррекция приближает правовую систему к реально существующей в западных странах, снижая радикализм либертарианской критики, и не отменяя огульно греко-римско-английскую традицию права с ее 2,5-тысячелетней традицией и накопленным опытом. Таково очень краткое изложение моих мыслей на сегодняшний день.    (8 Comments |Comment on this)
Saturday, January 2nd, 2010
6:25 pm	О правомерных договорах, не подлежащих удовлетворению в суде Этот странный оксюморон возникал в дискуссии ранее, и вот он снова возник в комментах к моему посту от 30.2009 http://belan.livejournal.com/83965.html. Во всяком случае, мне показалось, что возник именно этот вопрос, поскольку из-за неясности многих формулировок ни в чем нельзя быть уверенным. Вообще, мне кажектся, что некоторые мои оппоненты изобрели новую софистическую тактику: что ни напиши, все время отвечают: "Ты опять ничего не понял". Попробую понять в очередной раз. Мне кажется, что речь идет о следующем. Либертарианская доктрина в трактовке некоторых моих оппонентов допускает (т.е. считает правомерным) заключение любых договоров, однако не все эти договора подлежат защите в суде. Многие из них объяляются не иподлежащими удовлетворению. Вопрос об исках, не подлежащих удовлетворению, рассматриается у Ротбарда, но здесь его точку зрения я рассматривать не буду, поскольку в высказываниях моих оппонентов речь, как мне кажется, идет о другом. Возьмем для примера ситуацию, которую будем рассматривать в рамках существующего российского права (к либертарианскому перейдем позже). Допустим два человека заключили договор о том, что один из них поставляет другому героин, а второй берет на себя обязательство оплатить покупку. Что означает это с правовой точки зрения? Ответ не очевиден, поскольку надо учесть следующие сопутствующие обстоятельства. Вариант 1. Договор составлен ради шутки или по иным мотивам, не предполагающим реальное исполнение этого контракта. Такое деяние не запрещено российским законодателством. Допустим, милиционеры остановили участников сделки и изъяли у них контракты. Разобравшись, что за договором не стоит намерение реального исполнения сделки, милиционеры должны отпустить ее участников. Вариант 2. Стороны реально готовились совершить сделку, и у продавца реально обнаружен героин, а в отношеннии второго установлены действия, указывающие на его реальную подготовку к покупке. В этом случае, как я думаю, оба участника должны быть привлечены к ответственности (юристы могут этот вопрос уточнить, но детали здесь не существенны). Важно еще одно: сама сделка объявляется не подлежащей удовлетворению в силу ее противозаконности (незаконная сделка). Норма о запрете на оборот наркотиков превалирует над нормой исполнения договоров. Деперь о сделке под залог жизни в либертарианском праве. Допустим, что некие лица заключили фиктивный контракт, не предполагая его реального исполнения. Могут они совершить такое действие? Думаю, что да, как в российском, так и в либертарианском праве. Неужели мои оппоненты имеют в виду именно эту глупую и маргинальную ситуацию? Типа заключить контракт можно в том смысле, что под этим подразумевается лишь некое физическое, но не юридически значимое действие? Другая ситуация возниает, если контракт был реальным. Допустим, некое лицо одолжило у другого лица миллион долларов под залог (или обеспечение) своей жизни. Допустим, должник не смог вернуть кредитору эти деньги. Какие юридические последствия это за собой влечет? В россйиском праве такой договор противозаконен, поэтому жизнь должника будет сохранена (если события будут развиваться именно по закону). А вот каков должен быть вердикт в либертарианском праве - это вопрос интересный, причем не только с точки зрения того, будет жив будет должник или нет, но и с точки зрения мотивировки судебного решения. Для полной ясности опишем все возможные варианты. 1. Стороны заключили сделку под залог жизни одного или обоих участников, но не имели намерения ее исполнить и не исполнили. Правовых претензий к этой ситуации нет. 2. Стороны заключили сделку под залог жизни, предполагающую реальное ее исполнение, но кредитор добровольно отказался от требования лишения должника жизни. Правовых претензий нет. 3. То же, что в предыдущем пункте, но должник добровольно (без физического принуждения) покончил с собой. Правовых претензий нет. 4. Наконец, случай, когда кредитор убил должника или физически принудил его к самоубийству. Каковы правовые последствия этой ситуации в либертарианском праве? 5. То же, что в предыдущем пункте, но кредитор не сам реализует право, вытекающее из договора, а обращается в суд с соответствующим требованием. Каковы правовые последствия этого шага? Мне кажется, что в прошлых ветках дискуссии мои оппоненты смешивали перечисленные выше случаи, в результате чего и возникла невнятица по этому вопросу. Между тем, пункты 1 - 3 вообще остаются за рамками обсуждения, поскольку в них не возникает правовых коллизий. А вот получить мотивированный проект либертарианского судебного решения по последним двум пунктам было бы интересно. (4 Comments |Comment on this)
5:12 pm	О релевантной и тавтологической разнице Здесь я отвечаю на реплику  vvagr, котрую он написал здесь http://belan.livejournal.com/77030.html. Краткая суть моего поста состояла в том, что Ротбард не признает рабство, вытекающее из контрактов, но признает рабство, возникающее вследствие причинения вреда. Оба тезиса подкреплены цитатами из Ротбарда. Мне эта точка эрения показалась очень странной и нелогичной, о чем я и написал. Ответ   vvagr был следующим: "Казалось бы, легко различить "продажу себя в рабство" и "принуждение к рабству". Какое же у тебя сильное нежелание слушать и понимать либертарианцев!". Отвлекаясь от фразы, в которой   vvagr обвиняет меня в нежелании слушать и понимать либертарианцев, остановлюсь на аргументе по существу дела.  Vvagr  указывает на то, что легко различить "продажу себя в рабство" и "принуждение к рабству". Никаких дополнительных пояснений он не дает, апеллируя к очевидности своего высказывания. Начнем с того, что vvagr неправильно выстроил логическую оппозицию. Вопрос о правомерности принуждения к рабству обсуждается в отношении обоих случаев, но в в первом случае речь идет об обязательствах, возникающих из добровльно заключенного контракта, а во втором - из причинения вреда (неважно, умышленного или по неосторожности). Различие между обсуждаемыми явлениями можно понимать в разных смыслах или по разным аспектам. Остановлюсь на двух аспектах - тавтологической и релевантной разнице. С тавтологической точки зрения "продажа себя в рабство" и "принуждение к рабству" - разные явления. Различие между ними очевидно, и апелляция к его очевидности в данном случае правомерна. Но этот факт тождественен сам себе, и никаких выводов в отношении обсуждаемого вопроса он не содержит. Следовательно, будучи очевидным, этот факт не опровергает высказанного мной тезиса, и вообще не имеет никакой связи с ним. С точки зрения релевантности дело обстоит иначе. В моем первоначальном посте было ясно сказано, что и добровольный контракт, и причинение вреда являются источниками возникновения обязательств по отношению к стороне, чьи права оказались нарушены. Мне как было, так и осталось непонятным, почему первые обязательства юридически ничтожны, т.е. не подлежат принудительному удовлетворению, а вторые правомерны и подлежат принудительному удовлетворению. Поэтому на возглас моего оппонента "казалось бы, легко различить" я отвечаю: с тавтологической точки зрения различить легко, но с релевантной - нет, поскольку в обоих случаях речь идет об обязательствах, подлежащих исполнению. (3 Comments |Comment on this)
4:22 pm	О редактировании и комментировании Этот пост я пишу как первый ответ на высказывания vvagr в моем предудыщем посте. Начну с аналогии. Каждый, кто занимался редактированием чужих текстов, знает, что хороший текст, в котором имеется небольшое число стилистических неточностей, редактируется легко. Редактор получает от такой работы удовольствие, помогая автору лучше выразить свою мысль. Но если таких ошибок в тексте много, или вообще создается впечатление, что текст состоит из сплошных ошибок и несообразностей, редактировние превращается в тяжелейшую и неблагодарную работу, за которую лучше и не браться. То же самое с постами и комментариями, в которых мысль выражена неясно, противречиво, нечетко, где эмоции преобладают над смыслом, и постоянно виден обвинительный уклон в адрес объекта критики, которого обвиняют то ли в предельной глупости, то ли в умышленном саботаже. И если на одну такую мысль еще можно попытаться дать логичный ответ, исправив содержащуюся в ней логическую ошибку, то на большое число таких мыслей ответить практически невозможно. Тем более, что в них не выдерживается сквозная логика, поэтому аргумент, релевантный предыдущему высказыванию, может оказаться нерелевантным последующему. Именно к такому типу ответов я отношу высказывания vvagr в моем предудущем посте. Я попытаюсь дать логичный ответ на всю сумму этих высказываний, но для иллюстрациит метода начну с более простого случая из прошлой ветки дискуссии. См.  мой следующий пост.   (1 Comment |Comment on this)
Wednesday, December 30th, 2009
7:45 pm	О сделках под залог жизни С точки зрения законов природы сделки под залог жизни возможны. Более того, они реально осуществляются в криминальных и маргинальных кругах. Причем маргинальными они являются именно потому, что государство с помощью аппарата насилия вытеснило их в теневые и небольшие по объему ниши. Если либертарианская доктрина считает подобные сделки направомерными, в ней должны быть предусмотроены институты, обеспечивающие исполнение этого запрета. (43 Comments |Comment on this)
7:39 pm	Отвечаю на старое возражение В мое посте http://belan.livejournal.com/80046.html о естественных правах  alex-vergin оставил следующее замечание. "Естественность" естественных прав не имеет никакого отношения к естествознанию. Они имеют в виду не биологическую, а духовную природу (nature) человека. Тут имеет место достойная сожаления, но, по-видимому, неизбежная размытость терминологии. В отличие от законов природы, исследованием которых занимается естественные науки, natural rights не обосновываются и не опровергаются эмпирически, опытным путём. Напротив, это открыто метафизическое учение: как писал Чичерин, свобода и равенство (ключевые понятия естественно-правовой доктрины) суть понятия метафизические: "Фактически, неравенство есть господствующее явление в человеческих обществах", поэтому те, кто отрицают метафизику и само понятие сущности, в принципе "не могут говорить о равенстве людей иначе, как впадая в явное противоречие с собою. Опыт не даёт нам ничего, кроме неравенства". Отвечаю сначала известным анекдотом по сумасшедшего, воображавшего себя пшеничным зерном и боящимся, что его склюет петух. Врачу удалось убедить пациента, что он не пшеничное зерно. Но тот по-прежнему боялся петуха, объяснив это так: "Я знаю и Вы знаете, что я не пшеничное зерно, но знает ли об этом петух?". Теперь по сути. Мне понятна точка зрения Чичерина, но дело в том, что Ротбард, по крайней мере местами, трактует естественное право как физическую невозможность, хотя в других местах, как можно понять, говорит о человеческих установлениях, не вытекающих из законов природы. Здесь имеет место достойная сожаления подмена. И даже софистика, поскольку явления, не противоречащие законам природы, объявляются противоречащими "естественному праву", создавая иллюзию, что они противоречат законам природы. Правда, эта софистика не является изобретением Ротбарда. Она имеет давнюю традицию и восходит, насколько я понимаю, к Руссо. "Человек рождается свободным, но повсюду он в оковах". Я согласен, что это звучит сильно, но ведь иначе, как демагогией это не назовешь. Важно еще отметить, что человеческие установления, не вытекающие из законов природы, могут поддерживаться только с помощью институционально организованного насилия. (1 Comment |Comment on this)
7:15 pm	О тезисах Григория Сапова Я не читаю блог gr_s, но иногда ссылки на него встречаются в дргуих блогах. Может быть, так и удобнее, потому, что в ссылках отфильтровываются наиболее значимые тексты. В данном случае мое внимание привлекли тезисы Григория, воспроизведенные здесь: http://and2u.livejournal.com/257743.html?#cutid1 Мое мнение относмительно этих тезисов состоит в следующем. 1. Стилистическое замечание - очень много банальных тезисов. Мне кажется, что обсуждая некий вопрос, не обязательно начинать от Адама, а лучше сразу переходить к делу. 2. После пунктов 17 и 18, где говорится о возникновении обмена, должно быть сказано, что другим важнейшим случаем общественного сотрудничества (точнее было бы сказать - общественного взаимодействия) является война и другие формы насилия. Классическая экономическая теория не рассматривает проблему насилия потому, что изначально оговаривает предмет своего исследования, вычленяя иго из действительности по методу идеального типа. Но наука о человеческой деятельности не может использовать это допущение. Между тем, включение войны и насилия в теоретическую конструкцию может радикально поменять ее выводы. Нельзя объявлять эти явления реально не существующими только потому, что они не вписываются в теоретическую схему. 3. Главная мысль, насколько я понял, сформулирована в пунктах 22 - 24. Мне кажется, что автору следовало начать прямо с нее, поскольку она не является строгим выводом из предыдущих пунктов. Суть главной мысли стосит в том, что (далее цитата): 22. В настоящее время система денежного обмена функционирует в условиях сильного государственного вмешательства. Уровень этого вмешательства ниже, а формы тоньше, чем это было на протяжении большей части человеческой истории, однако ничто не гарантирует сохранения такого положения в будущем. 23. Альтернативами общественному сотрудничеству посредством денежного обмена являются либо система отношений, основанная на подчинении одних людей другим, либо аутичные действия, либо их комбинация. 24. Можно ожидать, что в случае постепенного отказа от денежного обмена как основы цивилизации, она будет деградировать достаточно долго, а в случае, если возобладает аутичный способ достижения целей - достаточно быстро. Но и в том, и в другом случае, а также в случае комбинации насилия и элементов натуального хозяйств сегодняшняя цивилизация будет разрушена. Это произойдет не вследствие стихийных бедствий и иных природных катаклизмов. Это произойдет, если среди людей возобладают идеи и представления о пагубности безличного мирного общественного сотрудничества, основанного на добровольном обмене (для краткости такую систему называют рыночной экономикой, свободным обществом или капитализмом, и т.п.). Мои замечания сводятся к следующему. Во-первых, тезис о государственном вмешательстве  (по контексту - искажающим рынок) не должен использоваться как самоочевидное общее место. Вопрос следует исследовать глубже. Возьмем норму закона об обязательности исполнения контрактов и судебные решения, принуждающие к такому исполнению. Это ведь тоже государственное вмешательство?  Оно искажает рынок или не искажает? Думаю, что говоря о государственном вмешательстве, надо отделять овец от козлищ. Конечно, это очень сложный вопрос. Но думаю, что не следует обращаться с ним по принципу "и дело с концом" (выражение Хазагерова). Во-вторых, и это самое главное, пункты 23 и 24 представляются фактически неверными. Денежная система способна функционировать и в условиях государственного вмешательства. Можно говорить о той или иной степени искажения рыночных сигналов, но вовсе не о том, что в результате произойдет отказ от денежного обмена. Если уж денежная система выдерживала гиперинфляции, чему многие экономисты искренне удивлялись (см., в частности, экономические дискуссии в России в начале 20-х годов), то она может выдержать и многое другое. Вопрос об искажении рыночных сигналов сложен и требует серьезного изучения. А безоговорочный тезис об отказе от денежного обмена как основы цивилизации представляется мне примитивистским, закрывающим дискуссию там, где она должна была бы начаться. Может быть, можно ставить вопрос о некоторых (чрезвычайно масштабных) пороговых формах и значениях вмешательства, за которыми начинается отказ от денежной системы. Но ни о чем подобном автор тезисов не говорит. (13 Comments |Comment on this)
Friday, December 18th, 2009
8:19 pm	Об эмоциональных утопиях Я люблю стихи. Разумеется, не все, а те, которые по каким-то причинам находят отклик в моей душе. Таких в общем-то не много, гораздо больше тех, которые я просто не понимаю, хотя кому-то другому они могут нравиться. Я не филолог и не искусствовед, и осмысляю причину моей любви к некоторым стихам так, как умею. Иногда, может быть, слишком социологично. Как ни странно, это мое осмысление имеет некоторое отношение к дискуссии о либертарианстве, которую я веду в последнее время. Суть моей мысли я выразил однажды в чужом блоге при обсуждении совсем другой темы. Поскольку контекст был другим, то и ракурс мысли получился тоже отчасти иной. Но все же, когда хочется развить некую тему, важно начать с уже высказанных формулировок, потому, что мысль, сформулированная заново, часто получается более блеклой. Я вспомнил об этом своем высказывании потому, что в позапрошлой ветке дискуссии в моем блоге я в обоснование некой мысли сослался на одно стихотворение, и мой оппонент, иллюстирруя свою мысль, ответил мне в той же манере. Ту конкретную дискуссию я здесь не возобновляю, потому, что хочу высказаться о более общих вещах. Ключевыми будут слова "эмоциональная утопия". Вот что я написал об это раньше. "Хороший поэт зачастую в каком-то смысле утопист. Но он не философ, который должен создать большую непротиворечивую систему. Поэт - это эмоциональный утопист. Он выражает утопию, невозможную в широком масштабе (в пространстве и времени), но локально возможную и, главное, правдивую. Ту, к которой можно потом обращаться всю жизнь. Хотите пример?" (далее не цитирую, это для отдельного разговора)". Для темы дискуссии о либертарианстве и о других утопиях я считаю важным сформулировать понятия "утопия логическая" и "утопия эмоциональная". Подробно описывать эти термины я не буду, их значение и так ясно. Я не обсуждаю здесь вопрос о самой правормерности жанра логической утопии. Это сложный вопрос, и здесь существуют разные точки зрения. Но мне кажется важным подчеркнуть одно из свойств логических утопий, которое я уже упоминал ранее: многие реально существующие явления они объявляют (далее я цитирую Стругацких) "иррациональными, трансцендентными и, следовательно, реально не существующими". Даже аргументы типа: "Подходите и смотрите" часто не убеждают сторонников таких утопий. Эмоциональные утопии, в отличие от логических, не могут претендовать на всеобщность. Иногда в пропагандистских целях им пытаются навязать эту функцию. Может быть, порой даже успешно. Но это уже искажение их сути. Мне кажется, что именно об этом говорил Солженицын в своей Нобелевской лекции. Я считаю, что хорошее и искреннее стихотворение порой может противостоять логической утопии, подобно тому, как единичный факт порой может опровергать целую научную теорию (последняя мысль принадлежит К.Попперу). Со временем я надеюсь продолжить тему эмоциональных утопий. (Comment on this)
Sunday, December 13th, 2009
10:03 pm	Хайек versus Ротбард В одной из давних дискуссий один из моих опонентов, известный российский либертарианец, написал мне, что теория негосударственных денег Хайека устарела, а более сосвременнеы взгляды на этот вопрос изложены у Ротбарда. Я не рассматриваю здесь частный вопрос о негосударственных деньгах, но хочу рассмотреть более общий тезис о том, что труды Ротабрда являются развитием трудов Хайека и что - это главное - они являются более современными и более "правильными". Мне кажется, что многие мои оппоненты исходили именно из такого понимания соотношения между трудами названных авторов. Во всяком случае, с помощью цитат можно доказать, что, возражая мне, оппоненты в большинстве случаев пересказывали (лучше или хуже - другой вопрос) именно аргументы Ротбарда, а аргументы, восходящие к Хайеку, в той мере, в какой я смог их идентифицировать, звучали редко. Вообще, возникает ощущение, что именно Ротбард стал основным автором, изучаемым и почитаемым в российских либертарианских кругах, особенно среди молодых либертарианских неофитов. В этом смысле его можно назвать современным российским "Марксом". В противоположность росийскому либертарианскому мейнстриму я не считаю Ротбарда сильным мыслителем. Глубина мысли Ротбарда несопоставима с Хайеком. Хайек, с моей точки зрения, действительно глубокий мыслитель. Я понимаю, что решения Нобелевского комитета не есть абсолютный авторитет, но все же мне не кажется случайным, что Хайек стал нобелевским лауреатом, а Ротабрд нет. Думаю, что никогда не станет. Я считаю весьма огорчительным, что из всех направлений либертарианской мысли в России возобладало самое радикальное (в плохом смысле этого слова) и самое неконструктивное ее ответвление. По степени радикализма и неконструктивности его вполне можно сравнить с социалистическими идеями, которые исповедывала россйиская радикальная оппозиция до 1917 года. Правда, в отличие от дореволюционного социализма, пропагандисткий потенциал радикального российского либертарианства для широких масс я расцениваю, как нулевой. Но его вред состоит в блокировании интеллектуальных дискуссий, в нужности которых, я думаю, не нужно никого убеждать. Мне кажется, что развитие идей, восходящих к Хайеку (может быть, не только к нему), было бы гораздо более конструктивным для продвижения либертарианской мысли. Идеи Ротбарда я считаю тупиковым направлением. Ротбард радикален и прост, и в этом, наверное, кроется секрет его популярности в России. Ротабрд создал довльно простую замкнутую доктрину, которую несложно заучить, и цитатами из которой несложно задавливать оппонентов, подменяя аргументы безапелляционным тоном. Хайек, в отличие от Ротбарда, сложен и глубок, и его труды представляют собой образец открытого исследования (в попперовском понимании этого слова). Я усматриваю в них большой потенциал развития, который плохо используется российскими либертарианцами (почему - об этом лучше умолчать). Я не знаю, есть ли в России последователи Хайека, но если есть, то полагаю, что им лучше отделиться от последователей Ротбарда. Как сказал Ленин, прежде, чем объединяться, надо размежеваться. (7 Comments |Comment on this)
Friday, December 11th, 2009
9:31 pm	Главные выводы по Ротабрду Здесь я высказываю мнение о двух работах Ротбарда, которые я внимательно прочитал: "Власть и рынок" и "Этика свободы". Перечисляю главыне выводы, описанные мной ранее, но не столь строго. 1. Доктрина Ротабрда является не этической, а правовой. Подробно я обосновал эту мысль здесь http://belan.livejournal.com/78561.html. 2. Реализация правовой доктрины на практике предполагает наличие соответствующего ей единого Кодекса (это Ротбард признает) и единой системы судов во главе с Веховным судом (это Ротбард не признает). Мое обоснование необходимости Верховного суда дано здесь http://belan.livejournal.com/67564.html. Отрицание необходимости Верховного суда при наличии единого Кодекса я считаю одной их главных и наиболее очевидных ошибок Ротбарда. 3. Коль скоро доктрина Ротабарда предполагает, как минимум, наличие Верховного суда, она является не анархо-капиталистической, а минархистской. Т.е. автором заявлено было одно (анархо-капитализм), но реально он создал другое (минархистскую доктрину). Можно провести аналогию с Рудольфом Дизелем, который обещал создать угольный двигатель, а создал нефтяной. 4. Любая правовая доктрина может и должна быть воплощена в правовом документе, например, в упомянутом Ротабрдом Кодексе. Разумеется, книжная версия доктрины имеет право на существование, как своего рода комментарий к такому Кодексу. Но все-таки для строгого юридического обсуждения нужен сам Кодекс с четкими формулировками, пригодными как для обсуждения, так и для практического применения. Имея написанную книгу, создать такой Кодекс не сложно, поэтому странно, что ни Ротбард, ни его последователи его не создали. Размытость книжнрых формулировок затрудняет понимание правовой доктрины и затемняет существующие в ней противоречия, темные места и т.п. 5. Не знаю, как западные, но российские либертарианцы (может быть, не все) отрицают правомерность создания либертарианского Кодекса, но при этом заявляют о своей привнерженности доктрине Ротбарда. Противоренчие по данному вопросу заложено в доктрине самого Ротбарда, но некритическое восприятие этой докрине я отношу к явлению, отмеченному Хазагеровым: "Чем дальше в лес, тем меньше дров. Мы входим в группу риска по отсутствию любопытства". 6. Специально о Хартии Найшуля, которая является попыткой воплотить в правовом документе доктрину, похожую на доктрину Ротбарда. По меньшей мере два очень известных российских либертарианца заявили в ходе этой дискуссии, что данное направление перестало быть для них интересным. Я возражаю. Как физические лица они, конечно, имеют право занять такую позицию, но как ученые - нет. Ученый не может НЕМОТИВИРОВАННО объявить неинтересным направление мысли, относящееся к его специализации. В противном случае они перестают быть учеными и становятся догматиками или сектантами. 7. Начиная с этого момента я буду обсуждать доктрину Ротбарда только как правовую. это тозначает, что я рассматриваю ее как предложение отменить в некоем государстве все действующие в нем законы и заменить действующую в нем Конститутцию Кодексом, основанном на идеях Ротбарда, а затем на его основе заново сформировать весь корпус права. Может быть, это следует делать постепенно, но этот вопрос я не рассматриваю (Ротбард тоже). 8. Думаю, что реализовать на практике Кодекс Ротбарда можно только с помощью насилия. 9. Правовую доктрину Ротабрда я считаю несостоятельной и, как ни странно, антилибертарианской. Подлинно либертарианским является, как мне кажется, спонтанно сформировавшийся корпус прецедентного права, а не некоторая аутистическая идея, родившася в голове одного или нескольких мыслителей. Римское право является более либертарианским, чем гипотетический Кодекс Ротбарда. 10. Кодекс Ротбарда, который вытекает из его доктрины, является неприемлемым в нескольких смыслах: он противоречив в самых своих основах; многие важные вопросы в нем обойдены или затушеваны софизмами; в ряде аспектов он приводит к неприемлемым с точки зрения здравого смысла правовым требованиям. Наконец, в ряде аспектов он просто жесток. Подробнее правовой анализ доктрины Ротбарда я предполагаю осуществить позднее. Уведомление. Я внимательно прочту все комменты, которые поступят, но не обещаю на них отвечать из-за своей чрезвычайной занятости. Впрочем, буду стараться. (10 Comments |Comment on this)
Saturday, December 5th, 2009
12:02 pm	Я что-то не понял ... (про политику Саакашвили) Я неоднократно читал в СМИ и в блогах, что Саакашвили провел закон, согласно которому правительство Грузии оплачивает учебу студентов, которые самостоятельно поступили в ведущие мировые университеты (согласно утвержденному списку). Многие одобряют этот закон. Я, возможно, тоже одобрил бы. Но полагаю, что одобрить этот закон должны не все. Либертарианцы, как мне кажется, должны осудить. В самом деле: правительство Грузии насильственно отняло у кого-то его собственность (через взымание налогов или иными способами), а потом произвольно подарило эту собственность кому-то, кто ему понраивлся. Пусть даже тем, кто и вправду, так сказать, полезен и симпатичен. Но это же насилие и воровство! Странно, что я не увидел протестов либертарианцев по этому поводу. И еще странно, что Саакашвили сослалсся на Ротбарда, как на своего идейного вдохновителя, хотя по Ротбарду данное его действие как раз и демострируют злонамеренную сущность государства. (59 Comments |Comment on this)
Sunday, November 15th, 2009
12:34 am	Николай Морозов 4 Из главы «Свободные горы» (Швейцария), среди эмигрантов …— Пора уже каждому из нас, народников,— сказал Жуковский, — причислить себя к какому-нибудь ремеслу и определять себя прежде всего по нему, а не то что называть себя какими-то писателями, профессорами, инженерами, докторами и тому подобными буржуазными званиями. — Но ведь такие профессии останутся и в будущем социалистическом и даже в анархическом строе,— возразил я.— Ведь там тоже будут учителя, профессора, инженеры! — Нет! Никогда! — воскликнул Жуковский со своим обычным драматическим воодушевлением. — Тогда все должны будут заниматься прежде всего каким-нибудь физическим трудом, а только потом, по окончании его, можно будет посвящать избыток времени и умственной работе. У всех должны быть руки в мозолях! Когда начнется социальная революция и я пойду в толпе восставшего народа по городским улицам, я прежде всего потребую, чтоб останавливали каждого и заставляли его показывать свои ладони.— В мозолях ладони? — Иди с миром своей дорогой! — Без мозолей? —Au mur! (т. е. к стене, на расстрел). И он театрально показал руками на нашу стену, воображая ее уличной. Лукавая мысль промелькнула у меня в голове. — Покажи-ка, Жук, твою руку! — сказал я ему с таким изумленным видом, как будто заметил на ней что-то особенное (мы в это время были уже на «ты»). — Что такое? — спросил он с недоумением, рассматривая ее сам и в то же время протягивая мне. Я посмотрел на его ладонь и тем же, как он, патетическим тоном и также протянув в пространство свою левую руку, воскликнул: — Нет мозолей! Au mur (к стене)! Все расхохотались. Жуковский в первое мгновение совершенно растерялся, но через несколько минут оправился и воскликнул по-прежнему патетически, только качая грустно своей головой: — Да! К стене! Меня первого! К стене старого Жука, у которого тоже нет мозолей на руках! Но, несмотря на такой удачный выход из трудного положения, он весь этот вечер оставался опечаленным и смущенным. Фраза о мозолях на руках была давно одним из его самых эффектных козырей в разговоре, а теперь приходилось с нею расстаться. Он чувствовал, что, как только он ее произнесет впредь, все станут требовать от него того же, что и я, и его драматический прием обратится в комический. Однако он нисколько не рассердился на меня. Как все люди, слишком грозные на словах, он был очень добродушен на деле и, конечно, в случае восстания, никого бы не расстрелял (том 1, стр. 340-341). (Comment on this)
Saturday, November 14th, 2009
11:23 pm	Николай Морозов - 3 Я организую свой кружок! С наступлением назначенного вечера я был уже у Армфельда, с трепетом готовясь к предстоящему дебату. В его комнатах, во втором этаже дома, было около двух десятков гимназистов старшего возраста, сидевших или стоявших группами. На большом столе у окна помещались стаканы с чаем и бутербродами, и часть публики занималась ими. Армфельд представил меня компании. Поздоровавшись со всеми, я тоже присел к столу с закусками и, не зная, как начать разговор, урывками рассматривал компанию, как и она меня. Это была пестрая и, по-видимому, ничего особенного не сулящая толпа гимназистов, но как ошибочно оказалось первое впечатление! Здесь был в лице моего предстоящего, главного оппонента — Карелина, невысокого юноши, почти мальчика,— будущий популярный профессор Московского университета; в лице другого юноши, Баженова— будущий доктор и известный московский общественный деятель. Самому хозяину этих комнат предстояло умереть в заточении, трем другим испытать темницу и долгую ссылку, а меня ожидали в грядущем несколько лет бурной заговорщической деятельности и долгие годы пожизненного одиночного заключения. … Армфельд допил свой стакан и, видя, что все чего-то ждут, и никто ничего не начинает, встал и заговорил, явно подготовившись в эти несколько минут, неестественно низким тембром: — Господа! В настоящее время, как вы знаете, уже многие из студентов идут в народ и говорят о необходимости революции. Вот и он тоже так думает (кивок на меня). Было бы интересно обсудить это. Возможна ли у нас республика? Необходимы ли изменения существующего в России общественного строя? И какие изменения нужны? Он замолчал. Карелин нервно заговорил с места: ( Read more... ) Вспоминая теперь ретроспективно прошлое и задавая себе вопрос, действительно ли был прав Карелин, отстранившись от начавшегося движения, я могу сказать лишь одно: по внешности он был прав, потому что сбылись все его предсказания о гибели. Вся активная часть кружка попала в следующем же году в темницы, в ссылку, а некоторые и на каторгу. Но он был прав именно лишь по внешности, а не по внутреннему содержанию, так как дальнейшая история движения показала, что наши труды не погибли бесследно, хотя цель пробуждения России от ее тысячелетнего сна была достигнута не так, как предполагали важнейшие вожди тогдашнего движения, а несколько своеобразно, причем враги наши своими гонениями помогли развитию и распространению освободительных идей несравненно больше, чем сами их провозвестники. Да и в личном отношении выиграл ли Карелин? Не казалось ли ему не раз потом, через много лет, в тиши его профессорского кабинета, что молодость его прошла слишком тускло, что в ней не было ни одного выдающегося пункта для того, чтобы остановиться на нем с отрадой? И не завидовал ли он порой нам, погибшим и погибавшим, но жившим яркой жизнью? Кто может рассказать это теперь после его смерти? (том 1, стр. 139 - 144). (Comment on this)