Below are the 20 most recent journal entries recorded in Сергей Белановский's LiveJournal:

[ << Previous 20 ]

Sunday, November 15th, 2009
12:34 am	Николай Морозов 4 Из главы «Свободные горы» (Швейцария), среди эмигрантов …— Пора уже каждому из нас, народников,— сказал Жуковский, — причислить себя к какому-нибудь ремеслу и определять себя прежде всего по нему, а не то что называть себя какими-то писателями, профессорами, инженерами, докторами и тому подобными буржуазными званиями. — Но ведь такие профессии останутся и в будущем социалистическом и даже в анархическом строе,— возразил я.— Ведь там тоже будут учителя, профессора, инженеры! — Нет! Никогда! — воскликнул Жуковский со своим обычным драматическим воодушевлением. — Тогда все должны будут заниматься прежде всего каким-нибудь физическим трудом, а только потом, по окончании его, можно будет посвящать избыток времени и умственной работе. У всех должны быть руки в мозолях! Когда начнется социальная революция и я пойду в толпе восставшего народа по городским улицам, я прежде всего потребую, чтоб останавливали каждого и заставляли его показывать свои ладони.— В мозолях ладони? — Иди с миром своей дорогой! — Без мозолей? —Au mur! (т. е. к стене, на расстрел). И он театрально показал руками на нашу стену, воображая ее уличной. Лукавая мысль промелькнула у меня в голове. — Покажи-ка, Жук, твою руку! — сказал я ему с таким изумленным видом, как будто заметил на ней что-то особенное (мы в это время были уже на «ты»). — Что такое? — спросил он с недоумением, рассматривая ее сам и в то же время протягивая мне. Я посмотрел на его ладонь и тем же, как он, патетическим тоном и также протянув в пространство свою левую руку, воскликнул: — Нет мозолей! Au mur (к стене)! Все расхохотались. Жуковский в первое мгновение совершенно растерялся, но через несколько минут оправился и воскликнул по-прежнему патетически, только качая грустно своей головой: — Да! К стене! Меня первого! К стене старого Жука, у которого тоже нет мозолей на руках! Но, несмотря на такой удачный выход из трудного положения, он весь этот вечер оставался опечаленным и смущенным. Фраза о мозолях на руках была давно одним из его самых эффектных козырей в разговоре, а теперь приходилось с нею расстаться. Он чувствовал, что, как только он ее произнесет впредь, все станут требовать от него того же, что и я, и его драматический прием обратится в комический. Однако он нисколько не рассердился на меня. Как все люди, слишком грозные на словах, он был очень добродушен на деле и, конечно, в случае восстания, никого бы не расстрелял (том 1, стр. 340-341). (Comment on this)
Saturday, November 14th, 2009
11:23 pm	Николай Морозов - 3 Я организую свой кружок! С наступлением назначенного вечера я был уже у Армфельда, с трепетом готовясь к предстоящему дебату. В его комнатах, во втором этаже дома, было около двух десятков гимназистов старшего возраста, сидевших или стоявших группами. На большом столе у окна помещались стаканы с чаем и бутербродами, и часть публики занималась ими. Армфельд представил меня компании. Поздоровавшись со всеми, я тоже присел к столу с закусками и, не зная, как начать разговор, урывками рассматривал компанию, как и она меня. Это была пестрая и, по-видимому, ничего особенного не сулящая толпа гимназистов, но как ошибочно оказалось первое впечатление! Здесь был в лице моего предстоящего, главного оппонента — Карелина, невысокого юноши, почти мальчика,— будущий популярный профессор Московского университета; в лице другого юноши, Баженова— будущий доктор и известный московский общественный деятель. Самому хозяину этих комнат предстояло умереть в заточении, трем другим испытать темницу и долгую ссылку, а меня ожидали в грядущем несколько лет бурной заговорщической деятельности и долгие годы пожизненного одиночного заключения. … Армфельд допил свой стакан и, видя, что все чего-то ждут, и никто ничего не начинает, встал и заговорил, явно подготовившись в эти несколько минут, неестественно низким тембром: — Господа! В настоящее время, как вы знаете, уже многие из студентов идут в народ и говорят о необходимости революции. Вот и он тоже так думает (кивок на меня). Было бы интересно обсудить это. Возможна ли у нас республика? Необходимы ли изменения существующего в России общественного строя? И какие изменения нужны? Он замолчал. Карелин нервно заговорил с места: ( Read more... ) Вспоминая теперь ретроспективно прошлое и задавая себе вопрос, действительно ли был прав Карелин, отстранившись от начавшегося движения, я могу сказать лишь одно: по внешности он был прав, потому что сбылись все его предсказания о гибели. Вся активная часть кружка попала в следующем же году в темницы, в ссылку, а некоторые и на каторгу. Но он был прав именно лишь по внешности, а не по внутреннему содержанию, так как дальнейшая история движения показала, что наши труды не погибли бесследно, хотя цель пробуждения России от ее тысячелетнего сна была достигнута не так, как предполагали важнейшие вожди тогдашнего движения, а несколько своеобразно, причем враги наши своими гонениями помогли развитию и распространению освободительных идей несравненно больше, чем сами их провозвестники. Да и в личном отношении выиграл ли Карелин? Не казалось ли ему не раз потом, через много лет, в тиши его профессорского кабинета, что молодость его прошла слишком тускло, что в ней не было ни одного выдающегося пункта для того, чтобы остановиться на нем с отрадой? И не завидовал ли он порой нам, погибшим и погибавшим, но жившим яркой жизнью? Кто может рассказать это теперь после его смерти? (том 1, стр. 139 - 144). (Comment on this)
10:44 pm	Николай Морозов - 2 ...Сама жизнь фатально вела наш кружок к переходу на новую дорогу, проповедником которой в печати оказался в то время я. Тайная пропаганда новых общественных идеалов в широких размерах в периоды жестоких политических гонений, какие совершались в конце 70-х годов, была сама по себе абсурдом. Всякий пропагандист для своей проповеди естественно должен искать еще не початых, т. е. несогласных с ним, или мало развитых в общественном смысле людей, иначе его пропаганда будет простой фикцией. Но, разыскивая таких людей, он неизбежно очень скоро натолкнется на человека, который не будет держать в секрете того, что ему говорили и кто ему говорил, и таким образом предаст его. Все попытки активной пропаганды у членов кружка «Земля и воля» скоро кончились их гибелью, а из спасшихся значительная часть убедилась в необходимости бороться с оружием в руках с деспотизмом, погубившим их товарищей за проповедь идей, которые они считали справедливыми. В результате произошло то, что несколько членов петербургской группы «Земли и воли» стали, как я тогда выражался, неопартизанами, т. е. превратились в боевую группу, боровшуюся с оружием в руках за политическую свободу для всех. Мы (по инициативе Осинского) мы выпускали свои заявления от имени совершенно фиктивного Исполнительного комитета русской социально-революционной партии, печать которого, вырезанную кем-то из грифельной доски, я хранил у одного из старейших литераторов того времени, Владимира Рафаиловича Зотова. Этим названием мы невольно вводили в заблуждение и публику и правительство, так как никакая социально-революционная партия нас не выбирала и ничьих решений, кроме наших собственных, мы не «исполняли». Нас было не более пятнадцати человек на всю Россию, и подбирали мы себя, совсем не спрашивая, каких кто убеждений, а исключительно по нравственным качествам и по готовности жертвовать собою в борьбе против деспотизма. За все время существования «Земли и воли» и «Народной воли» я не помню даже ни одного разговора в нашей среде о социализме, за исключением случайного спора между мной и Тихомировым, где дело шло притом же не о сущности, а о том, полезно ли употреблять социализм как агитационное средство и вводить его, как profession de foi (исповедывание веры, убеждения). Названия наши (нигилисты, террористы, социалисты, анархисты), как, к сожалению, всегда бывало в русской заговорщической деятельности, почти никогда не соответствовали сущности и брались из слепого подражания заграничным партиям, без точного усвоения смысла. Вот почему мне и теперь хочется предостеречь читателя от составления представлений о наших «убеждениях» по приводимым теперь мною ярлыкам… Меня часто спрашивали после моего выхода из Шлиссельбургской крепости: какие из современных партий являются истинными продолжательницами деятельности «Народной воли». Если судить по грифельной печати и по тому, что в подзаголовке нашего журнала стояли слова «социально-революционное обозрение», то, несомненно — социал-революционная партия. Если же судить по тому, что в «Программе партии Народной воли», написанной Тихомировым однажды вечером, осенью 1879 года, первая фраза начиналась словами: «мы, социалисты», а вторая фраза: «мы, демократы», то наследницей нашей служит несомненно социал-демократическая партия. А вот если взять еще « второе письмо партии Народной воли к императору Александру III», напечатанное для всех и посланное ему тотчас после гибели Александра II, где ему предлагалось царствовать спокойно на парламентарных началах, то продолжателями являются как будто бы октябристы, хотя они и не признают цареубийств. Какое же из этих трех решений задачи верно? Да никакое! Надпись на печати была сделана Осинским лишь потому, что так ему казалось грознее для наших противников, и потому он выцарапал на ней шилом еще топор и револьвер, так что мы всегда смеялись, прикладывая ее к нашим предупреждениям. А подзаголовок нашего органа: «Социально-революционное обозрение» был простой перевод с французского и обозначал, что журнал наш обозревает общественную революцию, т. е. совершающийся переворот в области науки, религии, гражданских и имущественных отношений. Ни одна из современных программ классового социализма и не мерещилась нам в то время, и социализм понимался всеми исключительно в смысле идеалистическом, по Фурье и Роберту Оуэну, а то и просто никак не понимался. Перечитав недавно писания моих бывших товарищей об этом предмете, я получил такое впечатление, как будто это были дети. еще учащиеся писать и потому заботливо копирующие каждую фразу из данных им прописей. Сам же я не написал ни одной строки о социализме, так как и тогда мне многое казалось сомнительным, особенно его материальная выгодность, хотя я и обожал Роберта Оуэна (том 2, стр. 412 - 414). (Comment on this)
9:39 pm	Николай Морозов - 1 ... Нигилистами у нас назывались все ходящие в нечесаном и растрепанном виде, независимо от их убеждений, а если кто-нибудь начинал проповедувать сумбур, то говорили, что у него в голове "анархия по Прудону". Но это нисколько не значило, что к Прудону и его анархическим идеалам относились отрицательно. Иногда эти идеалы дебатировали и соглашались, что, действительно, жить всем мирно и дружно, без всяких чиновников и полиции, имея все общее и всем делясь по-братски, было бы очень хорошо. При всех моих попытках разобраться в различных социальных вопросах, которые меня интересовали, я ни от кого не получал помощи. Все считали для себя обязательным, как бы делом приличия, выражать сочувствие к социалистическим идеалам и к социалистической литературе, но каждый раз, как заходила речь о деталях будущего общественного строя, всякое затруднение устранялось одним и тем же стереотипным ответом. - Мы ничего не хотим навязывать народу. Мы верим, что, как только он получит возможность распорядиться своими судьбами, он устроит все так хорошо, как мы даже и вообразить себе не можем. Все, что мы должны сделать, это - освободить его руки, тогда наше дело будет закончено, и мы должны будем соврешенно устраниться. Так говорили мне наиболее искренние представители движения, по крайней мере, им казалось в подобных случаях, что они именно так думают (том 1, стр.73 - 74). (Comment on this)
9:28 pm	Перерыв по Ротбарду Из-за аврала на работе я вынужден прервать свой анализ работы Ротбарда, но позднее предполагаю его продолжать. Пока кратко скажу вывод, чтобы не было никаких неясностей: я считаю его доктрину несостоятельной по многим причинам. В том числе потому, что она содержит не меньшее количество нестыковок, чем у Маркса. Не имея возможности заняться Ротбардом, т.к. для обоснования моей точки зрения в него надо серьезно вникать, займусь чем-нибудь попроще. Вот, давно хотелось выложить некоторые цитаты из воспоминаний революционера-народовольца Николая Морозова. Источник: Н.А.Морозов, "Повести моей жизни", М.:, 1965, в двух томах. Очень интересно, всем советую прочесть полностью. А пока - отрывки в следующих постах. (10 Comments |Comment on this)
8:48 pm	Минархизм по Александру Волошину Что бы за ним ни числилось (допускаю, что много), я всегда считал Адександра Воложина одним из самых здравомыслящих государственных людей России. Очень гибкий политик с наличием стратегического мышления. Последнее - очень большая редкость. Наверное, я проголосовал бы за него на презадентских выборах. Полностью согласен с его нижеследующей минархистской позицией. По мере того как сокращаются государственные функции, они должны быть предельно зарегламентированы и предельно прозрачны. Когда их остается не так много, это не так сложно сделать. Источник: http://www.forbesrussia.ru/blogpost/27730-zachem-gosudarstvu-zhivotnye (Comment on this)
12:39 pm	Реформы Саакашвили В последнее время много писали о реформах Саакашвили и об успехаха этих реформ, в частности, в области экономики. Я не специалист по Грузии и могу судить о ситуации в ней только по доступным мне публикациям в СМИ. Не берусь судить, искажают они картину или инет. Но считаю важным отметить другое. Несмотря на упоминание Ротбарда в своей программной речи, Саакашвили строит не анархо-капиталистическое общество, а минархистское национальное госудрарство. Многие анархо-капиталисты рассматривают минархистское государство как шаг в правильном направлении. Перефразируя слова Ленина, как первую стадию анархо-капиталистического идеала. Но я считаю это ошибкой. Мианрхизм - самостоятельая доктрина, не являющаяся ступенью к анархо-капиталистическому идеалу. (Comment on this)
Thursday, November 5th, 2009
7:03 pm	Главные выводы о либертарианстве Существует два различных вида либертарианства, исходящие из разных посылок. Это два принципиально разных учения, неправомерно объединенных в одно понятие. Ключевым и определяющим понятием либертарианства первого вида являются естественные (спонтанные) процессы самоорганизации, которые станут происходить при исчезновении или "отмирании" государства. Можно строить разные гипотезы о том, как пойдут и к чему приведут такие процессы. Теоретически правомерна гипотеза и о том, что в результате возникнет правовое общество, соблюдающее права собственности и запрет на агрессивное насилие. Менее важно, что эта гипотеза не единственно возможная. Более важно, что понятие (в данном случае либертарианство) можно определять только через исходную посылку, а не через некие отдаленные следствия, пусть даже эти следствия прослежены корректно. Классическую геометрию определяют через аксиомы Евклида, а не через теорему Пифагора или квадратуру круга. Поэтому определение либертарианства первого рода должно звучать примерно так: "Теория, гласящая, что в случае исчезновения государства общество конституируется на основе процессов самоорганизации". Вопрос о праве собственности, которое якобы возникнет и будет уважаться в этом обществе, является вторичным признаком, вытекающим из первичных посылок (если этот признак действительно вытекает из этих посылок). Либертарианство второго рода выдвигает на первый план некие правовые понятия - уже упомянутое право собственности и принцип не-насилия. Этот вид либертарианства начинается не с естественных процессов, а с аксиоматического признания определенных прав. Поэтому следующим шагом в логической цепочке должно стать появление институтов, конституирующих эти права: единого Кодекса (это строго по Ротбарду), системы судов во главе с Верховным судом, исполнительных структур. После создания этих структур в обществе тоже возникнут спонтанные самоорганизующиеся процессы, но в рамках ограничений, создаваемых правовыми структурами. Эти спонтанные процессы будут отличаться от тех, которые пошли бы в отсутствие этих структур, поэтому приравнивать их друг к другу нельзя. Определение либертарианства второго рода должно звучать примерно так: "Общество, в котором законодательным образом разрешено право собственности и запрещено агрессивное насилие". Что же касается спонтанных процесссов, естественного порядка и прочего, то об этом можно будет говорить, как об ожидаемых следствиях. (Comment on this)
Wednesday, November 4th, 2009
3:23 pm	Снова о естественных правах Ниже я уже писал об этом, но считаю нужным вернуться к теме, чтобы высказать мою позицию предельно ясно, поскольку вопрос о естественных правах является ключевым в концепции Ротбарда и, возможно, многих других либертарианцев. С точки зрения законов природы ни у человека, ни у какого-либо иного существа нет никаких прав. Заяц может свободно скакать по лужайке, то только в том случае, если его не съест волк или не поймает охотник с сетью. Также и Робинзон Крузо, пример с которым подробно разбирает Ротбард. Можно, конечно, вспомнить о том, что некое подобие прав и обязанностей существует у стайных животных. Предположительно они существовали и в первобытных человчеческих стадах. Достоверно известно, что существовали у примитивных народов. Не буду вдаваться в спор, являются ли генезис этих прав биологическим или социальным, являются они выражением природных законов или человеческими установлениями. Допустим, их можно назвать естественными правами, вытекающими их законов природы. Но эти права мало похожи на то, что записано в американской Декларации независимости.  "Естественные" права человека не являются естественными в том же смысле, в каком сброшенный с высоты камень в силу естественных законов падает на землю. Само название "естьественных" прав - неточное, двусмысленное и вводящее в заблждение. Изначально эта двусмсысленность использовалась, как средство пропаганды против абсолютизма. Сейчас ее пытаются использовать, как средство пропаганды против государства вообще. Но я считаю это откровенным софизмом. Другое дело, если сторонник таких прав апеллирует не к законам природы, а к своим собственным убеждениями, например: "Мы считаем самоочевидными следующие истины". Эта формулировка принципиально отлична от ссылки на естественные права.  Во втором случае, с оговорокой на физические границы применимости, человек говорит о непреложном законе природы, который глупо оспаривать. В первом же случае он говорит о своем акте веры, котоый можно философски оспорить, и который можно физически не соблюдать. Простой пример: с точки зрения естественных прав нельзя воровать, а кто-то взял и украл. Этот человек нарушил законы природы, точно так же, как если бы взял и взлетел без помощи соответствующих физических устройств? Если физический закон, управляющий движением камня или спутника, один, то "естественных" законов, управляющих поведением человека. можно придумать много.  Если уж на то пошло, то единственным непридуманным законом, управляющим человеческим поведением, который обоснованно может быть назван "естественным" - это упроминавшееся ранее право сильного. Иллюстрирующий пример можно привести из Солженицына: если на  упавшего изможденного человека наставить автомат, он не встанет, а если начать бить палкой - встанет и пойдет. Далее дословно: "Это - проверено, это - так". Вот это действительно можно назвать естественным законом. Теперь вывод. Если некий мыслитель пытается создать правовую философию, основанную на неких придуманных им аксиомах (например, жизнь, свобода и поиски счастья), то это его право. Читателю остается лишь следить за корректностью формулировок самих аксиом и строгостью последующих выводов. Но принятие этих аксиом является не безоговорочным, а лишь конвециальным актом. Кто-то приемлет эти посылки, кто-то нет. Кто-то их соблюдает, а кто-то нет. На эти посылки нельзя ссылаться, как на незыблемые законы природы. Нужно искать иную систему обоснований. И ПРИНУДИТЕЛЬНЫЕ МЕХАНИЗМЫ ДЛЯ ИХ ПОДДЕРЖАНИЯ. Напоследок - пример описания подлинного естественного закона в стихотворной форме. Согласно идее естественного права, может быть, так и следует записать в будущей всемирной Конституции? По вечным, великим, железным законам Все мы должы бытия своего круги завершть... (Кажется, это Гете) (26 Comments |Comment on this)
Sunday, November 1st, 2009
12:21 pm	Основное противоречие теории естственных прва В Ротбард причисляет себя к философско-правовой традиции, основанной на доктрине естественных прав, и разрабатывает одну специфичную версию этой дотрины. Однако, с моей точки зрения, эта докрина изначально внутренне противоречива и даже демагогична, т.е. направлена на привлечение тех умов, которым она нужна для обоснования политического (по сути, революционного) действия, и  которые которые не станут глубоко в ней разбираться. Основной вопрос этой доктрины состоит в следующем: является ли эта докрина выражением законов природы или человеческим установлением? Ясно, что первое нереалистично. Что бы ни говорили сторонники теории естестевенных прав про жизнь, свободу и поиски счастья, с точкуи зрения законов природы человка можно убить, обратить в рабство, заключить с ним сделки под залог его жизни или жизни его детей, и многое другое. Все эти вещи происходили испокон веков, происходят сейчас, и законы природы не препятствуют их осуществлению. Если правовую доктрину понимать как кодификацию неких законов природы, то получится справочник по естествознанию, а не закон. Можно, конечно, записать в законе, что Земля вращается вокруг Солнца, что арбуз круглый или что невысказанная мысли принадлежит ее хозяину, поскольку ее нельзя принудительно эксплицировать (впрочем, под пыткой многое можно, поэтому последнее утверждение уже натяжка). Если же теория естественых прав апеллирует не к законам природы, а к неким человеческим желаниям, типа, чтобы никого не били кнутом, то такая система прав выглядит очень привлекательной, но она является не законом природы, а человеческим установлением, пусть и приятным для многих людей (особенно для тех, кого, может быть, и следовало бы  высечь). Немаловажно, что принцип "не бить кнутом", или, если брать вопрос шире, недопустимость физического насилия, поскольку законами природы сам собой не обеспечивается, для его воплощения в жизнь нужна какая-то внешняя систематическая сила (аппарат, полиция, государство, суд), которая будет выполнять эти функции. Я не против теории естественных прав, если она будет трансфомирована в логичную форму. Тогда можно будет ее изучить и и высказать о ней новое мнение. Но сейчас эта теория выглядит явно демагогичной. Перечисляя права, которые, по их мнению, вытекают из естественного права, многие авторы многие авторы апеллируют в качестве обоснования к законам природы, что абсолютно неприемлемо. Такая апелляция - это ни много, ни мало - обман тех людей, которые прочтут соответствующую работу без должной внимательности или без должной подготовки, не имея которых трудно диагностировать и выявить софизм. (6 Comments |Comment on this)
2:02 am	О естественной теории права Поскольку М.Ротбард в своей работе апеллирует к естественной теории права, неплохо было бы разобраться в том, что это такое. Привожу ниже сжатый конспект, смонтированный мной из различных источников: словарей, Википедии и других, которые нашлись в Яндексе. Предварительно хочу отметить момент, важный для дальнейшего. Авторы американской Декларации независимости начали свой текст с фразы: "Мы считаем самоочевидными следубщие истины". Подчеркиваю: они написали "Мы считаем", а не "Законы природы таковы, что...". Поэтому к их формулировке претензий нет, а вот к апелляции к законам природы, которую делают многие сторонники теории естественных прав - есть. Позднее я рассмотрю этот вопрос подробно. А теперь - конспект.   ( Read more... ) (2 Comments |Comment on this)
Friday, October 30th, 2009
11:17 pm	Актуальное В ленте часто встечаются тексты, достойные того, чтобы их воспроизвести. Многие я упустил, о чем жалею. Вот этот решил не упускать. В 70-х годах Владимир Лефевр в США провел эксперимент, в котором испытуемыми были коренные американцы и наши эмигранты, — это была в то время политическая эмиграция, не самые советские люди. И все-таки результат: у американцев — четкие границы добра и зла при высокой готовности к компромиссам, у наших — размытость границ при бескомпромиссности. Вы представляете, к чему может привести бескомпромиссная борьба не отличимых друг от друга добра и зла? http://sergechaly.livejournal.com/89480.html Про бескомпромиссность, как мне кажется, неплохо сказано. Кстати, несколько месяцев назад где-то в новостях я читал про международное исследование, резальтат которого таков: в развитых странах люди предпочитают договариваться, а в неразвитых - взять реванш. Но главное другое. Дело не только в отсутствии четких границ добра ии зла. Дело еще в отсутствии границ между знанием и незнанием. Поверхностность в сочетании с самоуверенностью и бескомпромиссностью. В таких условиях вряд ли возможны какие-то содержательные дискуссии. (3 Comments |Comment on this)
Tuesday, October 27th, 2009
6:40 pm	Основное противоречие анархизма Любой анархизм, будь то коммунистический или капиталистический, смешивает понятия прогноза и правовой (или государственной) конституции общества. Анархизм как прогноз утверждает, что если государство исчезнет (на вопрос, каким образом, разные модели могут отвечать по-разному), то вместо него возникнет некий спонтанный ненасильственный порядок, в рамках которого люди будут определенным образом кооперироваться друг с другом ради взаимной пользы. В коммунистических версиях анархизма это будет происходить в рамках коммун, в капиталистических - в рамках охранных, судебных и иных страховых агентств. Я уже писал, что такие рассуждения представляет собой гипотезы, причем не единственно возможные. Ниже я приводил версию Сергея Корнева, которая не совпадает ни с коммунистической, ни с капиталистической (это здесь http://belan.livejournal.com/75840.html). Я даже не хочу обсуждать, какая из версий верна. С эмпирической точки зрения это вопрос вообще недоказуемый. Важен факт, что гипотезы могут быть выдвинуты самые разные. Об это свидетельствует сам факт существования разных версий анархистских доктрин. Если же спонтаные процессы, которые возникнут в случае исчезновения государства, сами по себе не приводят (или не обязательно приводят) к возникновению обществ, описываемых анархистскими докринами, то должна существовать некая сила, которая конституирует описываемые анархистами сущности - те самые коммуны, страховые агентства и прочие. Эта сила есть государство. Конституирует - это значит: даст юридическое определение этим сущностям, опишет правовые рамки их существования и будет применять насилие для их поддержания. Другими словами, оно должно будет пресекать спонтанные процессы, которые пойдут не в направлении создания этих сущностей. Итак, анархизм невозможен без государства. Данная докрина внутренне противоречива и поэтому несостоятельна. (15 Comments |Comment on this)
Wednesday, October 21st, 2009
7:58 pm	Анархизм ит анархо-капитализм - из Википедии Анархи́зм (от др.-греч. αναρχω — от ἀν, ан, «без» + ἄρχή, архэ, «власть» + -изм) — политическая философия, заключающая в себе теории и взгляды, которые выступают за ликвидацию любого принудительного управления и власти человека над человеком[1]. Анархизм — идея о том, что общество может и должно быть организовано без государственного принуждения. При этом существует множество различных направлений анархизма, которые часто расходятся в тех или иных вопросах: от второстепенных, и вплоть до основополагающих (в частности — относительно взглядов на частную собственность, рыночные отношения, этнонациональный вопрос). Анархизм — политическая философия, основывающаяся на свободе и имеющая своей целью уничтожение всех типов принуждения и эксплуатации человека человеком. Анархизм предлагает заменить сотрудничеством индивидов власть, существующую за счёт подавления одних людей другими и благодаря привилегиям одних по отношению к другим. Это означает, что, по мнению анархистов, общественные отношения и институты должны основываться на личной заинтересованности, взаимопомощи, добровольном согласии и ответственности (исходящей из личной заинтересованности) каждого участника, а все виды власти (то есть принуждения и эксплуатации) должны быть ликвидированы[2]. Отсутствие власти подразумевает, что в анархистском обществе один человек, либо группа лиц не будут навязывать свое мнение, желание и волю другим лицам. Это же подразумевает отсутствие иерархии и представительной демократии, равно как и авторитарного правления. Анархизм исключает любого рода призывы к построению общества тоталитарного типа, при котором все люди будут подвергнуты тотальному контролю, а все сферы человеческой жизни будут стандартизированы вплоть до полного единообразия. Как раз наоборот, анархизм призывает к максимальному развитию каждой отдельной личности и индивидуализированный подход к решению проблем и потребностей отдельных людей, если на это существуют возможности[9]. Анархо-капитализм (или подругому «анархизм свободного рынка», «рыночный анархизм») основывается на вере в свободное владение частной собственностью, отрицании любой формы правительственной власти или [ее] вмешательства, и поддержке конкурентоспособного свободного рынка как главного механизма для социального взаимодействия»[101]. Из-за того, что исторически анархизм сложился как в подавляющем большинстве случаев антикапиталистическая социально-политическая и философская мысль, анархо-коммунисты выступают резко против капиталистического анархизма[102]. Сами же анархо-капиталисты различают капитализм как систему мирного свободного обмена[103] и «государственный капитализм», который Мюррей Ротбард определяет как сговор между крупным капиталом и правительством, которое использует методы принуждения, чтобы уничтожить систему свободных рыночных отношений[104]. Основываясь на принципе естественных прав, понятии о свободном договоре, прагматизме анархо-капиталисты приветствуют существование частной собственности, которая была приобретена благодаря труду, торговле, или же была получена в подарок[105]. Говоря об обществе, построенном на анархо-капиталистических началах, его сторонники придерживаются принципа свободного, существующих на добровольных началах свободных рыночных отношениях, которые привели бы к такому социальному устройству, в котором будет поддерживаться санкционированный законом правопорядок, защита и инфраструктура организованная через коммерческую конкуренцию, благотворительные организации и свободно создаваемые ассоциации, но не было бы государственной власти[106]. В пропагандируемом Ротбардом анархо-капитализме закон (принцип ненападения) применяется рынком, но не создается им, в то время как утилитаристская версия Давида Д. Фридмана подразумевает, что закон будет создаваться рынком. Термин «анархо-капитализм» был введен Ротбардом, и его возникновение датируется 1960-ми в Соединенных Штатах, некоторые историки, включая и самого Ротбарда, прослеживают корни данного анархистского направления до середины 19-го столетия в работах рыночных теоретиков, таких как Густав де Молинари (Gustave de Molinari)[107][108]. Анархо-капитализм испытал на себе влияние таких прорыночных теоретиков, как Молинари, Фредерик Бастиа и Роберт Нозик, а также американских теоретиков индивидуализма. Полностью здесь: http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%90%D0%BD%D0%B0%D1%80%D1%85%D0%B8%D0%B7%D0%BC   (8 Comments |Comment on this)
7:31 pm	Либертарианство по Ротбарду - моральная или правовая доктрина? Мои оппоненты (по краней мере, некоторые из них) указвали мне на то, что либертариас нтво является именно моральной, а не правовой доктриной. Этот же  тезис вытекает из названия работы Ротбарда, которую я сейчас хочу проанализировать под этим углом. Мое мнение, основанное на прочтении этой работы, состоит в том, что доктрина Ротбарда все-таки является правовой, а не моральной. Этого же мнения придерживется неизвестный мне автор статьи "Либертарианство" в Википедии, чью формулировку я считаю вполне логичной. Либертариа́нство (англ. libertarianism; от фр. libertaire — анархист) — правовая философия, в основе которой лежит запрет на «агрессивное насилие», то есть запрет на применение силы или угрозу применения силы к другому лицу или его имуществу вопреки воле этого лица. Запрет на агрессивное насилие является правовым, а не этическим. Другими словами, либертарианство подразумевает, что нарушения данного запрета и только они должны преследоваться в судебном порядке, однако оно не дает указаний для конкретных поступков людей. В силу этого либертарианство не является этической системой. Конечно, всякая правовая доктрина основывается на неких мета-правовых принципих. Каковы они у Ротбарда - вопрос не простой, здесь требуется не просто прочтение, но трактовка его текстов. С моей точки зрения, которая, возможно, нуждается в углублении, Ротбард исходит из ключевых моральных понятий "свобода " и "справедливость", а затем совершает большой логический скачок, переходя к изложению своей правовой теории. Между тем, названые понятия слишком общи, чтобы выводить из них конкретную правовую философию. Авторы высказываний "Свобода - это осознанная необходимость" и Собственность - это кража" тоже исходили из определенного понимания свободы и справедливости. Так или иначе, в основных разделах своей работы Ротбард постоянно указывает на разницу между моралью и правом, и постоянно подчеркивает, что предметом его анализя являются именно правовые, а не моральные аспекты рассматриваемых им ситуаций. В доказательство привожу нижеследующие цитаты, причем, возможно, я выбрал еще не все. Для удобвства цитаты проонумерованы мной.   ( Read more... ) (2 Comments |Comment on this)
Tuesday, October 20th, 2009
10:23 am	Либертарианская антиутотпия Пример этого жанра здесь http://fb2lib.net.ru/read_online/97933, рассказ Б.Зубкова и Е.Муслина "Игра". Советское, конечно, произведение, но оно мне запомнилось, хотя я читал его еще школьником. Сейчас нашел этот рассказ по ключевым словам "золотой жбан" (не думал, что получится). Я считал и считаю, что либертарианство - это жесткая и, возможно, даже жестокая доктрина. Другое дело, что эта жесткость может рассматриваться, как нужная и справедливая. Но тогда так и нужно об этом писать. (13 Comments |Comment on this)
Monday, October 19th, 2009
5:42 pm	О договорах без исковой силы При обсуждении вопроса о правомерности роазличных типов договоров в либертарианском праве мои оппоненты ссылались на так называемые договоры без исковой силы, называвшиеся в римском праве nudum pactum. Эти аргументы являются пересказом следующего высказывания М.Ротбарда: Если А говорит «я обещаю передать тебе $10000 в течение года», то это простое обещание, то что в римском праве называлось nudum pactum (соглашение без исковой силы), и соответственно такой контракт не может защищаться. Я не встречался раньше с этим понятием, поэтому решил поискать, что оно означало в римском праве. Нашел вот это: Неформальное соглашение (pactio, pactum), не подходившее ни под один из типов, изложенных в предыдущих главах системы контрактов, было лишено исковой силы и потому называлось голым, nuda pactio, nudum pactum. "Nuda pactio obligationem non pant", простое, неформальное соглашение не порождает обязательства - таков был исконный принцип римского права. По мере развития торговли и вообще деловых отношений в рабовладельческом обществе, неформальные pactiones, выходившие за рамки установленных типов контрактов, стали заключаться все чаще и чаще. Оставление их без защиты не соответствовало требованиям развившегося оборота и подрывало устойчивость деловых связей. Несмотря на это, названный принцип, что nuda pactio не пользуется исковой защитой, остался в римском праве до конца его развития. Правда, в преторский эдикт было включено такое указание: Pacta conventa, quae neque dolo malo, neque adversus leges plebiscita senatusconsulta decreta edicta principum, neque quo frans cui eorum fiat, facta erunt, servabo (D. 2.14.7.7). - Неформальные соглашения, в которых не будет dolus malus, которые не будут противоречить законам, постановлениям народного собрания, решениям сената, декретам и эдиктам императоров и не будут направлены в обход какой-либо из этих норм, я буду защищать. Однако, такое общее признание pacta выражалось не в исковой их защите, а только в возможности сослаться на pactum в порядке возражения (exceptio pacti). Исковая сила была придана лишь некоторым категориям pacta в виде исключения, когда отмеченные выше неудобства особенно сказывались. Источник: http://yuridlit.narod.ru/11/01/ch37.html Сказанное означает, что Ротбард не оперирует понятием nudum pactum  в том значении, которое оно имело в римском праве, а вносит в это понятие совершенно иное содержание. Само по себе это не плохо, и к Ротбарду претензий нет, но все же надо учитывать, что он излагает свою личную, а не общепринятую точку зрения. Мне кажется, что коллегам, излагающим свою позицию  по вопросу договоров без исковой силы, следует глубже его изучить, чтобы мнение было, так сказать, более объемным. (9 Comments |Comment on this)
5:10 pm	Про издержки альтернативных путей Если либертарианские модели рассматритвать, как альтернативу существующим общественым устройствам, то мне кажется, что издержки этих альтернативных путей моугт оказаться значительно выше существующих. Во всяком случае, это касается радикальных (логически последовательных и безкомпромиссных) моделей либертарианства. Утверждения, что при  либертарианстве эти издержки снизятся, я считаю, как минимум, плохо обоснованными. Раньше я уже писал, что несовершенная действительность всегда проигрывает в сравнении с идеальной утопией. Отсюда возникает ощущение, что алтьтернативный путь вообще не имеет никаких издержек. Но я думаю, что это иллюзия. Человек в принципе несовершенен. И любые обществнные институты тоже. (15 Comments |Comment on this)
Sunday, October 18th, 2009
8:30 pm	Либертарианство по Джеку Лондону Рассказ "Шутка Порпорука". Ниже - 4 цитаты из этого рассказа. Полностью здесь: http://bookz.ru/authors/london-djek/londo114/1-londo114.html ( Read more... ) (15 Comments |Comment on this)
7:14 pm	О Ротбарде вообще Импульсом для написания этго поста послужило упоминание М.Ротбарда в речи Саакашвили. Это придает трудам Ротбарда как бы новый масштаб. Впрочем, я предполагаю, что упоминание этого автора идет от Бендукидзе, т.е. в конечном счете из России (от российской либертарианской тусовки). Не знаю, читал ли Ротбарда сам Саакашвили, но думаю следующее: а) идеология и и политика Саакашвили могут быть названы общелиберальными или общелибертарианскими, но конкретные идеи Ротбарда не нужны для их формулирования. То же самое Саакашвили мог бы сказать и без упоминания Ротбарда (не в смысле замалчивания, а в смысле концептульной не обязательности); б) реально воплотить в жизнь философию Ротбарда любому политику будет затруднительно. К примеру, Саакашвили вряд ли будет реализовывать идею Ротбарда о том, что дети являются частной собственностью родителей (даже со всеми политкорректными оговорками, делающим эту часть концепции крайне противоречивой). Если либерализм или либертарианство обозначить, как родовое понятие (здесь я не буду входить в рассмотрение различий между ними), то конкретная философия Ротбарда является одним из видов этого учения. Не единственным из реально существующих и тем более не единственным из возможных. Если в основе учения лежат понятия свободы и справедливости, а именно от этих самых общих понятий отталкивается Ротбард, то созданную Ротбардом конструкцию я считаю не самой удачной. Редукция понятий свободы и справедливости исключительно к правам собственности привела к тому, что в разработанном им учении очень многие правовые вопросы решаются не самым удобным образом. Метафорически это можно сравнить с почесыванием правой рукой левого уха или удалением гландов через задний проход. Логические натяжки, заложенные в основу правосудия, в лучшем случае снижают его эффективность, а в худшем могут породить серьезный кризис такого правосудия. И это еще не главная моя претензия к философской и правовой конструкции, созданной Ротбардом. В ней есть моменты, в которых у автора либо концы с концами логически не сходятся, либо выводы получаются настолько неполиткорректными, что автору, как мне кажется, становится боязно о них писать. В этих случаях возникают софизмы, схожие с теми, что есть у Маркса. С моей точки зрения, учение Ротбарда - не самое продуктивное ответвление либеральных или либертарианских идей. Конкретнее об этом я напишу позже. (9 Comments |Comment on this)